Святогорская Лавра: скиты и послушания. Часть первая

«Кремлевская» стена на хоздворе, школьные храмы и исповедь перед посадкой

Издание «СЕГОДНЯ.ua» продолжает серию материалов, посвященных Свято-Успенской Святогорской Лавре. На этот раз — подробный рассказ о жизни монастыря и его «филиалов».

В Святогорской Лавре — пять скитов по Донецкой и Луганской областям. Всехсвятский скит еще называют «деревянным» — он выполнен в стиле русского деревянного зодчества. До революции здесь было монастырское кладбище и каменная церковь Всех Святых, уничтоженные в советское время. В 2002 году монахи решили восстановить утраченное.

«Представьте, когда копали фундамент для нового храма, нашли даже неразорвавшиеся во время ВОВ снаряды — ручные гранаты и мины, связанные за запалы ржавой проволокой! — говорит наш гид, отец Лазарь. — Как они не разорвались, одному Богу известно! Что делать? Надо ж разминировать... Дали запрос в военкомат. Те, когда узнали, что мы выкопали, ответили, что ничем помочь не могут. Зато согласился подсобить местный мужчина, бывший афганец. А потом, когда уже саперы из Днепропетровска уничтожали снаряды в карьере, грохот такой стоял, что стекла в Успенском соборе дрожали! Кстати, наш владыка обладает архитекторскими способностями и сам делает проекты строящихся церквей. Восстанавливать храм помогал... выходец из Нигерии! Он учился в Донецком университете, женился в Украине, принял православие. Крестили Эзума с именем Иннокентий. Он и пожертвовал два вагона бревен для строительства церкви в скиту».

С восстановлением кладбища, снесенного в 1953 году, тоже было непросто. А ведь на нем были погребены преподобные, которые ныне прославлены в лике святых! При реконструкции кладбищенской территории владыка сказал братии: «Вы копайте небольшие поперечные траншеи, если находите могильные «пятна» — ставьте крест. В один прекрасный день братия звонит владыке: «Нашли ящичек!». Думали, что это детское погребение. Во время войны здесь хоронили деток в ящиках из-под снарядов или патронов. Но когда открыли, а там — монашеские одежды, мантия, кости светлые такие, а под всем — бутылка с запиской внутри. Разбили бутылку, а там письмо: «В 1923 году монах Никон Кравцов под скалой пещер взял мощи нашего настоятеля, преподобного Арсения (Митрофанова), которые были выброшены кощунственной рукой из пещер. Эти мощи мы похоронили в могиле преподобного старца Исаакия-прозорливца. Просим будущую братию молиться за нас грешных и недостойных. Игумен Михаил с братией».

Так мы нашли одновременно и мощи отца Арсения и отца Исаакия. Когда же поднимали мощи, появилось такое благоухание, что монахи не расходились до двух часов ночи! Пока мощи были в ризнице в Покровской церкви, все это время там было это благоухание. Сейчас записка хранится в музее. Этот скит предназначен для молитв и сельскохозяйственного послушания братии, и без благословения владыки посторонним, особенно женщинам, там быть не разрешается. Можно попасть в скит с монастырским экскурсоводом, а так для праздного любопытства сюда никто не заходит. На богослужения паломников в скит пускают дважды в год: на храмовые праздники «Всех святых» и «Всех святых в земле русской просиявших».

Вот уж когда здесь яблоку негде упасть! Вместиться в храм все не в состоянии, потому многие ждут на улице долгую 5-часовую службу с проповедью и крестным ходом. Батюшки исповедывают прямо на улице. «Летом сюда приезжает детвора на послушание, — говорит отец Лазарь. — С 5:00 подъем, дойка коров, полуночница. Скитоначальник отец Амвросий шутит: «Детки у меня все лето — послушники, а я у них — мученик».

ЖЕНСКИЙ СКИТ

С появлением женского скита на базе мужского монастыря — целая история вышла. В 1991 году госчиновник Сергей Лунев в Богородичном в 5 км от Святогорска купил земельный участок с прекрасным видом на излучину реки и Святые Горы. «Хотел дом строить, а тут местные жители приходят к нему знакомиться и говорят: «Нельзя, Сергей Георгиевич, дом здесь строить. На этом месте прежде древняя церковь стояла».

Тот перепугался, приехал в Святогорскую Лавру к владыке Арсению и спрашивает: «Что мне делать? Землю купил, а строиться не могу». Владыка и предложил: «Вы на том месте, где был храм, поставьте крест и сделайте клумбу, а дом в сторонке стройте. Бог все управит». Так и сделали. А семья Луневых все чаще стала в Лавру приезжать и задумываться, что оказались они здесь не случайно, а чтобы возродить разрушенный сельский храм. С таким предложением он и пришел к владыке за советом и благословением.

В Богородичном. Уникальный иконостас из индийского зеленого мрамора.

И уже в 2000 году святогорцы совершили закладку нового храма. В этот день произошло чудо — несмотря на многодневный обложной дождь, только здесь не упало ни одной капли, тучи вокруг села расступились. Жители не только активно помогали строительству, а некоторые даже передавали свои участки под часовню и другие постройки. К 2004 году в селе вырос 33-метровый храм (по числу лет Христа Спасителя) с прекрасными колоколами весом до 1,3 тонны. В храме уникальный иконостас из индийского зеленого мрамора. В куполе — мозаика.

Благотворитель воцерковился, стал в храм ходить, уже в зрелом возрасте с женой повенчался. А в храм с каждым годом все больше людей стало приходить. Брат благодетеля продолжает строить еще один собор, а возле храма как-то сам собой образовался женский скит. Сегодня здесь 30 сестер.

«Сестринский корпус пригодился, когда началась война у нас на Востоке, — вспоминает матушка Амвросия, старшая сестра скита в честь иконы Божией Матери „Всех скорбящих Радость“. — Позвонили нам из горадминистрации и спрашивают: „Есть у вас возможность принять людей из Дебальцево? У нас на вокзале 600 человек“. Конечно, мы поехали на вокзал, и в четыре ходки привезли 120 беженцев. Самому младшему было две недельки, тут мы его и покрестили. Сейчас у нас до 40 беженцев (из них 20 деток).

Источник. Целебная вода течет прямо из мраморного креста.

Многие бы и остались, но звонят — некому работать, несмотря на то, что в Дебальцево до сих пор стреляют. Вот, Евгения с мужем поехали туда домой работать, а детки с бабушкой — у нас. Звонят и плачут: цех только один работает, постоянно бомбежки, зарплату задерживают, да и платят копейки, но что делать? Так и ездят на работу под пули. А сегодня мы Марину успокаивали: ей позвонили из-под Дебальцево, рассказали, что маму с грудным ребенком осколочными гранатами насмерть убило. Успокаиваем. Первые дни беженцы вообще не разговаривают, потом отходят. Бывало, подойдешь, спросишь: „Как вам у нас? Еды хватает?“. А они плакать начинают: „Мы ведь месяц в подвале сидели, нам тогда так кушать хотелось, что до сих пор едим и наесться не можем!“. Поначалу и детки сильно болели разными воспалениями. Мы врачей постоянно приглашали... Зато есть и другое — многие благодаря этой ситуации первый раз поисповедовались, причастились. Одна даже пожелала остаться в обители».

Сама матушка Амвросия — из Западной Украины, постоянно ездит за картошкой на родину к себе в село на Волыни, на границе с Беларусью. «Последний раз, когда ехала, боялась, как меня воспримут — скит в Донецкой области, — говорит матушка. — Но люди, когда узнавали, откуда мы, в два раза больше картошки давали: „Вам нужно, вам же там тяжело“. Наши люди, к счастью, мудрее, чем наши политики».

Рядом есть часовня с чудотворным источником. Водичка в мраморную чашу с крестом поднимается с 30-метровой глубины. В часовенке есть тетрадка, куда записывают исцеления, чудеса. Матушки рассказывали: как-то приехала семья, и в храме девочка все время что-то ела, да с таким аппетитом. Смотрели матушки, смотрели, потом не выдержали и сделали замечание родителям. А те: «Ну что вы! У нас тут дочка исцеление получила! Она болела дистрофией. Куда ни возили, ничего не помогало. А потом водички в Богородичном попила — и исцелилась. Теперь аппетит — не остановить».

СВЯТОГОРСКАЯ ЛАВРА: СКИТЫ И ПОСЛУШАНИЯ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ


Больше публикаций

Строим общину
Должны ли христиане искать защиту в суде?

На эту тему размышляет глава Административного аппарата Киевской митрополии УПЦ епископ Виктор (Коцаба).